Спектакль «Алые паруса»: сказка, в которую еще верят

              «Мы любим сказки, но не верим в них», – писал Александр Грин в прекрасной истории о надеждах и мечтах под названием «Алые паруса». Создатели одноименного мюзикла, в нашем городе поставленном в театре «Глобус», который раз доказали, что необходимо верить и ждать, любить, когда тебя называют сумасшедшим, и не плакать, даже если идет дождь. Феерический по масштабу, технической сложности, яркости и высочайшему уровню музыкальной драматургии спектакль режиссера Нины Чусовойтрогает даже самого скептичного зрителя, когда Грей и Ассоль поют о своей любви под развевающимися алыми парусами.
              Театр «Глобус» будто создан для постановки «Алых парусов». Очертания новосибирского «фрегата» видны еще издалека, а в фойе театра корабль из дерева украшен красным полотном. Кажется, что ты путешествуешь вместе с Греем в поисках Ассоль, которая ждет и верит. Перед началом спектакля постановочная группа рассказала журналистам о своем видении гриновской феерии.
              «Это не наша первая работа в жанре мюзикла, но такого масштабного проекта еще не было, – делится музыкальный руководитель проекта и дирижер Алексей Людмилин. – Мюзикл – самое демократичное искусство сегодня. Через него можно выразить гораздо больше чувств, чем через оперу, балет или драматический спектакль. К тому же это способ проявить актерский потенциал и технические возможности. Конечно, важную роль играет музыка Максима Дунаевского, я счастлив, что он приехал в Новосибирск на премьеру».
              Композитор Максим Дунаевский отметил, что всего за неделю до этого состоялась премьера в Перми. На вопрос о том, есть ли в частоте постановок «Парусов» некая счастливая случайность или закономерность, Максим Исаакович ответил, что это вопрос удачи. «Если бы не название «Алые паруса», мы бы не продали все билеты. Из ста наименований замечательных литературных произведений, тех, что прозвучит звонкой струной – считанные названия. И конечно, это мюзикл о настоящих чувствах, поиске счастье, это символ надежды. Но даже в таком светлом произведении мы хотим адаптировать немного, обострить пьесу для сегодняшнего зрителя, который должен быть доведен до накала, иначе он останется в расслабленной сказочке. Довести до крайних состояний, а то будет холодный и ничего не поймет», – интригует композитор.
              Пена, вода и «крайние состояния зрителя»
              Пока не прозвучал третий звонок, заполненный зал шумит, как базарная толпа. Наконец, все начинается, и в первые же мгновения представления по залу проходит волна восхищения – эффектные декорации, огромный экран, на котором плещется закатное море, и, конечно, танцы, потрясающие синхронностью, уровнем мастерства и нежно-белыми, как морская пена, одеяниями танцоров. Живое оркестровое исполнение музыки Дунаевского уводит зрителей в иную реальность – ту, которая происходит на сцене.
              Появляется хор – равноправный участник действия, можно даже сказать, это еще один главный герой, задающий тон, настроение и атмосферу. Сейчас все безмятежно: одинокий маяк, сказочник. Настрой быстро меняется, когда действие переносится в кабачок, где пьяные матросы поют незамысловатую прилипчивую песенку «А вокруг вода да пена, пена да вода». Быстро сменяются события – в кабаке издеваются над бедной матерью Ассоль, она погибает, Лонгрен (Вячеслав Кимаев) убивает отца Меннерса. Трагические события будто бы «омывает» печальным песнопением хора, переходящим на светлые ноты. Вот здесь зрителя и ждет главный сюрприз – на сцену хлынул настоящий дождь, падающий, правда, под определенным углом так, чтобы не попасть на музыкантов в оркестровой яме.
              Проходит время – маленькую Ассоль (Мария Сапунова) обижают мальчишки, но ее все время оберегает папа. Очень трогателен момент, когда Лонгрен дарит дочери маленький кораблик с алыми парусами, и они поют вместе дивную песню. Когда они поют дуэтом, это действительно прекрасно, по отдельности шероховатости в пении уже более заметны: где-то голоса срываются, переходят на фальцет или мелкое вибрато, но к концу очередной арии «распеваются». Сказочник Эгль (Илья Паньков) обещает маленькой мечтательнице, что за ней приедет прекрасный капитан Грей, и она верит. Снова вступает хор, благодаря которому зритель не замечает «подмены» Ассоль – она превращается в юную девушку за одну песню. Теперь ее играет хрупкая блондинка Мария Соболева.
              С началом второго действия начинаешь понимать, про что говорили перед премьерой участники постановочной группы: дирижер Алексей Людмилин, композитор Максим Дунаевский и авторы либретто Михаил Бартенев и Андрей Усачев. Зрителя действительно бросает в «крайние состояния»: нам то предлагают полюбоваться безмятежностью океана, то «освежают» дождем, то заставляют сочувствовать Ассоль, которую в современной интерпретации называют сумасшедшей не только сплетничающие «дамочки с улицы», но и отец, ставший безнадежным алкоголиком.
              Постановщики дарят зрителям то состояние эстетического комфорта с прекрасной музыкой и танцами и благоговение перед протестантским хоровым пением со свечами, то бросают зал в шквал страстей, обсуждений и домыслов, особенно после того, как Ассоль соглашается петь у Меннерса (Алексей Архипов), а потом и вовсе в портовом кабаке, похожим на бордель.
              «И в борделе можно встретить свою любовь…»
              Конечно, возникает вопрос и некоторая претензия к сценаристам: как можно Ассоль, олицетворение чистоты и нежности, «засунуть» в кабак и заставить танцевать не очень-то приличные танцы в короткой юбке? «Этот мюзикл поставлен по мотивам феерии Грина, что позволяет нам достаточно вольно трактовать сюжет. Абберацию у зрителя вызывает советский фильм с Вертинской. Мы не пытались коммуницировать с этим фильмом, хотели выкопать у Грина самостоятельное, свое. Как сказал один мальчик, посмотревший спектакль, «и в борделе можно встретить свою любовь», – отвечают создатели мюзикла.
              Пусть каждый сам судит, есть ли право у либреттистов так обращаться со сказкой Александра Грина. В оправдание сценаристов можно сказать, что здесь они нарочно поместили Ассоль в эту веселую и грязную среду, в которой девушки в цветных коротких платьях поют о том, что если ты не нашел любовь на всю жизнь, то можно здесь найти – на одну ночь. Ассоль на их фоне выглядит растерянной и смущающейся, поверившей в свое сумасшествие: стараясь избежать его, стать «как все», она покидает свой маяк, бежит в бордель за легким счастьем, но не может изменить себе. Здесь она и встречает Грея (Алексей Кучинский), и они соединяются в танце. Хореографы и художники по костюмам совершают настоящее чудо – в вихре плясок ярко разодетых массовщиков почему-то следишь именно за фигурами главных героев в скромных костюмах.
              Но справедливости ради стоит заметить, что в этой постановке лучший вокал у тех, кто поет не больше одной арии – у Меннерса-младшего в исполнении Алексея Архипова и Грея (Кучинский). И лучше всего в мюзикле удаются именно масштабные хоровые сцены, в которых «неровности» непрофессионального вокала главных героев как будто «шифруются» за большим количеством голосов артистов хора.
              В конце спектакля происходит что-то невообразимое. Зритель, привыкший к тому, что во многих современных спектаклях даже детские мечты и надежды опошляются, обесцениваются, а любовь превращается в фарс, не может поверить в чудо. Потому что Грей действительно стоит на приближающемся корабле с алыми парусами – любовь, которую так ждала «сумасшедшая» Ассоль, действительно существует. Надо ли говорить, как долго рукоплещет зал стоя – ведь ему дали возможность снова пережить самые лучшие чувства и поверить в то, что сказочная страна, где царит любовь, существует.
              Стоит только подождать.

Мария Фугенфирова, «Academ.info», 20.03.2012

< предыдущая статья | все статьи | следущее статья >